Руки в золотой пыли
Фото: Александра Молчанова, специально для РП

Фото: Александра Молчанова, специально для РП

Как золотят последний купол собора Александра Невского в Симферополе

Позолотчики — люди редкой профессии. Им противопоказаны лишние движения и сквозняки. Они трудятся в стерильной чистоте, в прямом смысле слова затаив дыхание, поскольку листочки сусального золота реагируют на малейшее дуновение и пыль. Корреспондент «Русской планеты» познакомилась с единственной в Крыму командой позолотчиков.

У центрального входа в собор Александра Невского меня встречает Александр Жижин — самый молодой из бригады мастеров-позолотчиков. На его рабочей одежде кроме следов краски и лака можно заметить золотистую пыль — она также оседает на руках и волосах. Это специфика работы: после нанесения сусального золота на поверхность остается пыль, оседающая вокруг.

– Вашу профессию сегодня популярной не назовешь. Как вы оказались в команде позолотчиков? — мы поднимается к своду храма по внутренней металлической лестнице.

– Отец привел меня в команду реставраторов-позолотчиков еще в юном возрасте. Я с одиннадцати лет работаю с ним, — говорит Александр и проводит меня на крышу, где из деревянных дощечек проложен путь наверх к куполам. Купола уже сияют золотом. Все, кроме одного, который полностью окружен металлическим каркасом и забит полиэтиленом для защиты от сквозняков, солнца и дождя. Здесь на тридцатиметровой высоте уже месяц трудятся шестеро мастеров-позолотчиков.

— Первой моей работой стала укладка мозаики на полу Владимирского собора в Херсонесе, — продолжает мой «гид». — Отец тогда занимался многими работами: реставрация, золочение, столярные работы, резьба по камню. Я помогал ему и уже тогда получал за это аванс. Так и втянулся в работу.

Александр говорит, что ремесло позолотчика интересное, но вредное — зрение ухудшается, потому не рекомендуется работать больше четырех часов подряд, иначе к вечеру глаза болеть будут и «искры из глаз посыпаются».

«В университете этому не научат»

Мы поднимаемся через люк к куполу. Он готов наполовину. Вся поверхность купола покрыта небольшими вмятинами от града, который обрушился на Крым несколько лет назад. Тогда купола только были установлены, но после града восстановить их прежний вид не удалось. Я знакомлюсь с руководителем бригады Виктором Васильевичем Месковым. О себе мастер говорит неохотно и коротко: «Я водолей, левша, люблю фантастику и рыбалку». Виктор проработал реставратором 43 года, а золочению в свое время обучился на курсах позолотчиков в Киеве.

– Тогда, да и сейчас, этому ремеслу в университете не научат, и школ специальных у нас нет, — говорит Виктор Васильевич. — Это если повезет к профессионалу в подмастерье попасть, он обучит. В те годы мы занимались всеми видами реставрации — от грунта и до позолоты. Нашими объектами были все музеи и архитектурные сооружения Крыма. Сейчас наша база «Крымреставрации» распродана из-за банкротства. А мы ушли в частное дело. Когда есть заказы на позолоту, то делаем ее, когда нет — что-то другое.

– Какие крымские объекты на вашем счету?

– За эти годы много объектов сделали. Всех и не припомню. Первый крупный объект по позолоте был еще в 90-х годах. Мы работали над собором Александра Невского в Ялте. На нашем счету также Ливадийский дворец, церковь в Форосе, Владимирский собор в Херсонесе, Ханский дворец в Бахчисарае. Там мы мечтали сделать еще золотой зал на втором этаже Ханского дворца, но пока нет финансирования. А вообще основные заказы идут от церкви.

Мастер говорит, что сейчас не самое лучшее время для золочения — зимой лучше работать в стационаре, так как для нанесения сусального золота необходимо тепло и отсутствие сквозняков. Но с последним куполом стоит поторопиться. В общей сложности шесть куполов собора вместе с крестами золотили два года. Если погода не подведет, мастерам осталось работы еще на полторы недели, после чего купол останется на месяц подсыхать под «тепляком».

«На Украину за золотом не ездим — опасно»

Здесь тепло от обогревателя и душно от замкнутого пространства, пахнет лаком и крепким чаем. Мастера равномерно расположились вокруг купола. Возле каждого — столик с замшевой дощечкой, на которую из специальных книжечек выкладываются тончайшие золотые пластины.

– Сусальное золото получается старинным методом ручной ковки, — рассказывает Виктор Васильевич. — Берется маленькая пластиночка золота толщиной в миллиметр, кладется между двух прозрачных кож (обычно берется мочевой пузырь быка) и на наковальне расковывается до нужного размера. Одна такая пластинка по толщине меньше человеческого волоса в десять раз.

– А где вы заказываете сусальное золото?

– В свое время, когда я еще начинал, мы получали его с московского завода спецсплавов.

А позже и до сих пор в Харькове заказывали, где находятся два специализированных завода. В связи с политическими событиями на Украине и в Крыму, сейчас мы туда не ездим, потому что опасно. А эту позолоту заказали на все купола заранее.

Позолотчик говорит, что кроме непосредственного золочения необходимо правильно подготовить поверхность. В данном случае техника нанесения сусального золота называется «масляная позолота на мардан». Она никогда не бывает глянцевая, только матовая. Вначале купол ошкуривается добела, до чистого металла, а затем покрывается шестью слоями разных лаков — суриком, охрой. После полного высыхания накладывается золото.

После предварительных разъяснений Виктор Васильевич позволяет и мне попробовать нанести позолоту. Золотая пластина аккуратно берется с помощью специальной барсучьей щеточки — лампензеля и кладется внахлест на купол. Кусочком ваты прижимается и разглаживается.

– Ваше золото вскоре отойдет, — оценивает мою работу мастер. — Вы плохо ее разгладили. Если присмотреться, то можно увидеть складки. С виду кажется, что просто, но нужно быть внимательным.

– Бывает так, что работу приходится переделывать? И часто ли терпите убытки?

– Иногда приходится реставрировать свои же работы, но только по вине третьих лиц. Например, заказчик жадный до такой степени, что экономит на подготовительных работах и сам их проводит. Мы кладем золото, а через неделю оно вместе с подготовительным слоем сходит. Для меня это убыток, потому что обвиняют меня. Иногда бывает, что из-за погодных условий золото пересыхает и отстает. Или в нашем клеенчатом «шатре» появится дырочка в палец и ветер задует, то какой-то участок может отстать.

«Раньше давали гарантию 50 лет, сейчас и 10 лет много»

– Пластины такие тонкие — от малейшего дуновения могут улететь, а от резкого движения порваться. Но в итоге получается цельный золотой купол, которому ни град, ни дождь не страшен. Есть ли срок годности у ваших работ?

– Золото — это ведь тоже металл, он не окисляется. Когда пластины накладываются, то мардан всасывает их через дырочки, и поверхность становится цельной и невосприимчивой к влаге, холоду, — объясняет мастер. — Раньше мы давали гарантию на 50 лет, а теперь 10 лет — это даже много с учетом активной эксплуатации. Например, здесь в центре города, где много машин, выхлопных газов и пыли, позолота может сбиваться. Со временем при больших потоках ветра, поднявших слои песка, как от наждачной бумаги позолота счесывается.

Один такой купол в 90 квадратных метров стоит примерно один миллион рублей. В нем заложено чуть меньше полкилограмма золота 960 пробы. На все шесть куполов собора уйдет пять килограммов золота.

– Некоторые считают, если работаешь с золотом, — значит богатый. Но в этом ремесле большие деньги заработать можно не всегда. Иногда бывает до противного много денег, а иногда приходится занимать на еду. Ведь мы работаем далеко не каждый месяц, — говорит Виктор. — Это труд тяжелый. Ладно, золотить купола, а если заказ на позолоченную резьбу по дереву. Ее нужно сначала ошкурить несколько раз, создать идеальную поверхность. После этого процесса кожа на пальцах сдирается так, что даже хлеб потом взять не можешь.

– А новые люди в команду приходят?

– Нет. Учить дорого, а мотивации у них мало. У нас команда слаженная. Мы все тут родственники между собой и близкие друзья. Другие не задерживаются. В таких условиях и травмы часто бывают. Когда на высоте работаешь, вдруг оступишься, провалишься и шишку набьешь или бровь рассечешь.

– А в вашем ремесле есть приметы или традиции, например, перед началом золочения куполов или крестов?

– В целом нет. Мы особо не суеверные. Вот однажды случай был у нас с женой, мы золотили крест в Керчи. Позолоту взяли на лампензель, поднесли к поверхности, а она через волоски прямо вылезает наружу, как будто отталкивается от креста. Уже хотели бросить все, уйти. Только спустя три часа золото стало ложиться, после того, как мы святой водой крест окропили. До сих пор не знаем, что это было.

Я подхожу к жене Виктора Дане Месковой. Она работает на другой стороне купола. Говорит, что золотить любит, но в собственном доме позолоченных вещей нет, как сапожник без сапог. Все золото — это серьги в ушах и кольцо на пальце. Но все же женщина мечтает в комнате под потолком барельефы позолоченные сделать.

– Я работаю ради красоты, а золото очень красивое, — считает Дана. — Его всегда будут использовать, особенно в церквях для иконостасов, куполов и прочего. Известно, что золото берет на себя весь негатив, который вода потом смывает. Поэтому все купола в церквях позолоченные: негатив от прихожан накапливают, а дождь их смывает.

Дана рассказывает, что все кресты на соборе Александра Невского она золотила сама. А среди частных заказов бывали и интересные. Например, один «богатый дядя» заказал позолотить стулья на кухне. А еще женщина заказывала посеребрить антикварный туалетный столик и кресло.

Последняя работа

Мастера-позолотчики говорят, что купола собора Александра Невского — последняя их масштабная работа. Их фирма будет существовать только до конца переходного периода. Кроме них в Крыму больше не осталось фирм по реставрации и золочению.

– Я больше работать не буду, — уверен Виктор Месков. — Сейчас материалы для работы брать негде. На Украину уже не поедешь, а в России нужно свои контакты находить, мосты налаживать. Перерегистрироваться по закону РФ мы можем, но там порядка 150 тысяч рублей стоит получить лицензию на проектные и реставрационные работы, плюс налоги. С частотой заказов в Крыму — это убыточно. Открывать российский рынок работ для нас тоже не вариант. Там своих квалифицированных специалистов хватает. Если честно, я им белой завистью завидую. Я хотел бы освоить один вид полимерной позолоты. Но мастерству так просто не учат. Это нужно увидеть, пощупать, поучиться — подсобником поработать лет пять с мастерами-позолотчиками старой школы. А у меня уже возраст не тот.

Палласова реконструкция Далее в рубрике Палласова реконструкцияЧто происходит в старинной симферопольской усадьбе, скрытой от посторонних глаз Читайте в рубрике «Титульная страница» Путин ответилОтветы на самые актуальные вопросы, которые задали президенту, читайте на Русской Планете Путин ответил

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»